Поиск

Рисованный саспенс в иллюстрациях Татьяны Юрьевой.

Татьяна Юрьева живёт и рисует в Санкт-Петербурге. Но зрителей своих рисунков она переносит в Америку. Ту, что можно представить по фильмам и фотографиям из журналов, книгам и комиксам, рассказам путешественников и ещё нафантазировать немного самому. Все свои работы автор называет по-английски, заполняет их пространство надписями на английском языке, которые будто случайно попали в поле зрения художника – фантики и записки, фрагменты плакатов и рекламы.

Татьяна Юрьева
Graduate

Татьяна Юрьева калькирует реальность-фантазию, заполняя пространство деталями, не оставляя ни кусочка пустого места. Она создаёт жанровые работы, ловит случайности, которые могли/могут произойти в любой момент среди всей этой обыденности. Герои её рисунков ничем не примечательны, обычны. Цветными карандашами и маркерами она скрупулезно вырисовывает мир, ни одна бытовая мелочь не сможет скрыться от неё. Эти частности очень приятно разглядывать. Как малые голландцы заполняли картины предметами быта своего времени, вырисовывая ручку каждого горшка, так Татьяна Юрьева прописывает названия на конфетных фантиках, рекламных вывесках, подробно создает реальность своих рисунков. Глаз зрителя, цепляясь за небольшую особенность картины, например, расцветку рубашки героя, погружается в неё полностью, вживается. И тут он может заметить что-то выбивающееся из общей гармонии практически реалистичного пейзажа. Всё, как обычно, только немного по-другому.

Татьяна Юрьева
BOB

Татьяна Юрьева рисует в стилистике книжной иллюстрации, вот только к ненаписанным произведениям. Из своих героев она творит персонажей, придумывая вокруг них целую историю как раз с помощью всех мелочей, которыми она населяет свои работы.

Татьяна Юрьева
Bad copy

Часто Татьяна Юрьева делает двойные портреты. Пара мать и сын на работе с названием «Bad copy» (21х21 см), которое одновременно отсылает и к пейзажу на заднем фоне рисунка, и к внутрисемейным отношениям, отрешенно и без эмоций позируют художнику.

Татьяна Юрьева
Granny

Бабушка с внучкой на рисунке «Granny» (30х42 см) приняли положение для своего рода парадного портрета: в гостиной с диванными подушками и портретами родственников бабушка стоит, покровительственно положив руку на голову внучки, одновременно её защищая и не разрешая расти, творя из неё абсолютную свою копию.

Татьяна Юрьева
Roys

Пара пожилых супругов/любовников на работе «Roys» (33х40 см) у придорожного мотеля - то ли его владельцы, то ли гости в поисках номера поздним вечером. Двое молодых людей на фоне магазина сладостей в «Candies» (21х21 см), похожие на не очень беззаботных Бивиса и Батхеда, один парень кричит на другого, второй же абсолютно равнодушен.

Пара задумчивых выпускников – парень и девушка с работы «Graduate» (20х20 см) – стеснительно стоят рядом друг с другом на фоне сдувающихся шариков.

Девочка с собакой на поводке и мужчина в тёмных очках на рисунке «Bob», отношения между которыми вообще трудно определить чётко. На фоне пригородных домов и детской площадки, от которых веет спокойствием и семейными ценностями, взрослый мужчина, закрывающий лицо тёмными очками и панамой, за спиной протягивает девочке руку, чтобы взять у неё конфету, или он отдал ей эту конфету мгновение назад и одёргивает руку. Зритель своим присутствием делает обстановку неординарной и напряжённой. Кажется, что и собака удивлена появлению публики.

Татьяна Юрьева
Pops

На работе «Pops» (32х30 см) среди царства конфет и сухих завтраков, свезённых туда со всего мира, опять зритель видит взрослого мужчину и ребёнка, рука мужчина опять находится за спиной, можно заметить на ней только татуировку в виде леденца. Другой рукой он шутливо щёлкает по носу ребёнка. Во все эти работы Татьяна Юрьева вкладывает напряжение, которое возникает перед грозой. Может разразиться ливень, а может тучи и пройдут стороной. Возникает напряжение сжатой пружины: может ударить, а может просто прийти в своё обычное положение. Эта натянутость возникает из сгущенности смыслов. Татьяна Юрьева прячет клубки от разных сюжетных линий. Отсутствует определенность, возможны различные трактовки, всё совершенно неоднозначно.

Также во всех этих портретах, в независимости от того, как густо они населены персонажами, герои вязнут в абсолютном молчании – их губы плотно сомкнуты, часто до узкой полоски рта. Исключение составляет только молодой человек с работы «Candies», который очень широко открыл рот в попытке докричаться до своего друга, но в ответ предполагаемый собеседник совершенно невозмутим и даже не поворачивается к нему.

Татьяна Юрьева
Candies

Предельная замкнутость, закрытость висят в звенящей тишине работы «The hairdresser psychoanalyst». Двое, женщина и мальчик, стоят лицом к зрителю, за ними парикмахерский столик с ножницами и расчёсками и зеркало. Зеркало наклонено и кажется, что падает. Ножницы лежат открытыми – обстановка заострена. На самом верхнем краю зеркала - реклама антидепрессантов, которые обещают не много и немало, а счастье. На этом фоне две фигуры — монолитная женская и округлённая мальчишеская, они обе похожи на глыбы, а выражения лиц застыли словно каменные. Отсутствие эмоций, холодность, отчуждённость друг от друга, непоколебимость фигур на фоне разрушающегося, неправильно выстроенного, уходящего под откос пространства. Герои остаются непоколебимыми и ничто их не сломит — в своей отрешённости они нашли стабильность. А повседневные ритуалы и плановые визиты в парикмахерскую фиксируют их расписание жизни, помогают не обращать внимание на острые моменты существования.

Татьяна Юрьева
The hairdresser psychoanalyst

Работы Татьяны Юрьевой для любителей головоломок, детективов и триллеров, для тех, кто любит всматриваться в детали и искать в них разгадку происходящего. По каждой подробности можно раскрыть новый сюжет и поэтому к её работам можно возвращаться много раз.

Просмотров: 48Комментариев: 0

Недавние посты

Смотреть все